Удочка

Когда мне исполнялось десять, вспомнив о дне рождения, отец сказал: «А я знаю, что тебе
подарить!».

Они тогда с мамой приехали навестить меня в пионерский лагерь, расположенный в лесу
на берегу необыкновенно красивого озера. От того, что отец так серьёзно сказал об этом,
и мне стало сладко!

А через неделю он действительно привёз подарок. И это была удочка со всем, что положено:
с катушкой, леской, крючками в отвинчивающейся коробочке. С пластмассовым удилищем,
что, раскладываясь, становилось длинной, гибкой, почти живой веткой.

Словом, подарок роскошный. Прежде чем купить, отец наверняка долго выбирал, узнавал,
спрашивал, и, сам ничего не понимая в рыбной ловле, считал, что здесь, у этого
восхитительного озера, я только и делаю, что мечтаю, как бы порыбачить.

Но это было не так. Подарок вверг меня в растерянность и печаль: характером скрытный,
я читал массу книг и любил бродить в одиночестве, а вот от рыбной ловли, пионерских костров,
конструирования и прочих мальчишеских забав держался подальше.

Мальчишки с завистью смотрели на подарок, а мне было стыдно.

И всё же удочка мне была дорога, хоть и стояла без дела, принося немало огорчений.
При виде её, душа сжималась: такой искренний подарок, такая нежная отцовская забота –
и всё зря!

Увидев, что подарок неудачен, отец не придал значения: ну, не любит рыбную ловлю, и не надо!

А мне было больно. Я любил отца и страдал. Страдал от бесплодно пропавшей заботы.

Прошло время.

Удочка была в доме, и была надежда: когда-нибудь наступит день, появится время и
желание – я научусь удить, мы с отцом отправимся к озеру, и удочка пойдёт в дело!..

А потом удочку, сиротливо стоявшую в углу, вынесли на лестничную клетку, где её ещё долго
можно было видеть. Я вспоминал о ней постоянно, страдая от невозможности исполнить мечту,
но всё ещё надеясь.

И вдруг произошла катастрофа.

Однажды, я с ужасом обнаружил, что удочка непоправимо испорчена: оторваны катушка,
крючки, а верхнее гибкое выдвигающееся удилище, безжалостно отломано. Удочка умерла,
пропала бесповоротно.

Ещё не веря, взяв в руки беспомощный остов, я внёс останки в дом, положил на стол и осмотрел. Всё во мне окаменело. Я видел безжизненное тело детской мечты и ощущал, как навсегда уходит в прошлое светлое облако.
Нежные усилия, ласковая забота отца, заключённые в подарке, – всё исчезло.
Надежды, связанные с удочкой, рухнули.

Отчаяние овладело мной, словно предчувствие всех будущих бед. Я заплакал, и плакал так,
как никогда ни до того, и не после…

Наверняка, в тот миг, я выплакал большую часть слёз, отпущенных человеку. И не удочки,
конечно, было мне жаль, но несбывшейся надежды…

И представляется мне, как Всевышний, дарящий лучшее, что может быть: жизнь, любовь и
заботу – нежный Отец – с ласковой улыбкой, с дорогими подарками стоит у двери нашей,
стучится, счастливый от любви, а мы – неуёмные и неумные дети, уткнувшись в грязь,
строим песочные замки и не слышим, не слышим нашего сердца.

Александр Красильщиков